Неделя восьмая по Пятидесятнице.
О чудесном насыщении народа пятью хлебами и двумя рыбами

Слово «вышед» (exelqwn) одни, согласно с Марком, толкуют: из лодки; другие — из пустынного места. Третьим и то и другое толкование представляется невообразимым, потому что оба толкования нечем доказать, и все это приводит к мысли, что в синоптическом предании здесь пропуск. Но то, что неясно у синоптиков, ясно у Иоанна, который говорить, что пред чудесным насыщением народа Иисус Христос взошел на гору и там сидел со Своими учениками.

 Esplagcnisqh не относится к больным, а к «народу», как и последующее autwn. Могло быть, что сожаление Христа вызвано было видом народа, у которого было много больных. Но у Марка несколько иначе: сострадание Христа вызвано было видом народа, который походил на овец, не имевших пастыря.

     Это произошло после того, как царь Ирод казнил Иоанна Крестителя. Услышав о сем, Господь наш Иисус Христос удалился на лодке в пустынное место один. Все четыре евангелиста описывают это событие, одни – с большими, другие – с меньшими подробностями. По Евангелию от Иоанна, Господь сел в лодку в окрестности Тивериады и переплыл море Галилейское, а по Евангелию от Луки, Он пристал к северо-западному берегу моря и отправился в гору, в пустое место, близ города, называемого Вифсаидою.

     Господь имел обычай часто уединяться в пустынных местах и на горах. Он поступал так по трем причинам.
Во-первых, дабы сделать краткую паузу в Своем спешном и обильном делании, чтобы люди, так сказать, переварили все учение, Им открытое, и все чудеса, Им явленные.
Во-вторых, дабы показать апостолам и нам пример того, что необходимо уединяться, входить в комнату (Мф. 6:6), молитвенно оставаясь душою наедине с Богом. Ибо уединение и безмолвие очищают, смиряют, проясняют и укрепляют человека.
И в-третьих, дабы оправдать и поощрить пустынножительство и монашество, показав нам, что добрый и приносящий пользу человек нигде не может укрыться, как «не может укрыться город, стоящий на верху горы» (Мф. 5:14).

     История Церкви тысячи раз показывала, что никогда великий пустынник, молитвенник или чудотворец не мог укрыться от народа. Многие необоснованно спрашивают:

«Что монаху делать в пустыне? Не лучше ли ему находится среди людей, служа им?»

     Но как будет светить незажженная свеча? В пустыню, в уединение монах несет свою душу, словно незажженную свечу, чтобы возжечь ее постом, молитвенными размышлениями и трудом. И если удастся ему возжечь ее, то свет будет виден всем людям, и люди пойдут к нему и найдут его, даже если он будет укрываться в песках, в непроходимых горах или неприступных пещерах. Нет, не бесполезен монах, напротив, он может быть полезен народу больше всех других людей. Это ясно показывает и случай, бывший с Господом нашим Иисусом Христом. Напрасно Он укрывался от народа в пустынном месте – множество людей последовало за Ним.

     А Он, увидев их, сжалился над ними, потому что они были, как овцы, не имеющие пастыря. Внизу, в городах, синагоги были полны самозванных пастырей, на деле бывших волками в овечьих шкурах. Люди знали это и чувствовали, так же как знали они и чувствовали неизмеримую милость и любовь Христову к ним. Люди увидели и почувствовали, что Христос есть единственный Пастырь Добрый, искренно и сострадательно о них пекущийся. Потому они и бежали за Ним даже в пустынное место. И Господь исцелил больных их. Народ чувствует, что нуждается во Христе, и требует чуда не из праздного любопытства, но по причине крайней необходимости и мук. "И начал учить их много", – говорит апостол Марк.

     Видел желание, несмотря и на награду за него. Не требует от них и веры; они доказали ее тем, что следовали пешком, без никакой пищи, в пустынное место. Марк (Мк. 6:34) и Лука (Лк. 9:11) сказали, что Он даже начал учить их многому и говорил им о Царствии Божием.

     Но откуда Он пришел и начал исцелять и учить? Конечно, с горы; потому что Иоанн (Ин. 6:1-3) говорит:

"иде Иисус на онпол моря Галилеи Тивериадска:
и по Нем идяше народ мног, яко видяху знамения Его, яже творяше над недужными.
Взыде же на гору Иисус и ту седяше с ученики Своими."

     В лодке Он наставлял Своих учеников, – взойдя на гору, они отдыхали. Потом Он вышел и исцелял, и учил.

     Слышав Господь неправедное убийство Предтечи и Крестителя Иоанна, удалился от Иерусалима и пришел в пустыню близ града Вифсаиды, да успокоится тамо со учениками Своими наедине (Мф. 14:12-13); (Мк. 6:6, 45). Народ же окрестных градов узнав, что Иисус от Иерусалима удалился, немедленно с женами и детьми путешествуя, в след за Ним пустился с толикою поспешностию и пришел в оную пустыню, что не успел взять с собою ни малейшей пищи.

     Видев Благоутробный таковую веру и ревность их, умилосердился над ними, и прежде много поучил их, как пишет Евангелист Марко, потом, хотя ни один Его не просил, исцелил всех больных, которых туда приносили (Мк. 6:34). Из чего великая надежда возрождается в сердцах наших:

     Ежели Человеколюбец безе всякого ходатайства, ради единой веры и ревности народа, умилосердясь, исцелил больных между ним: то кольми паче умилосердится над нами, если мы, будучи немощными, с верою и благоговением простирая руки, будем просить Его, да исцелит немощи наши. Видно же, что Богочеловек чрез несколько часов продолжал слово учения Своего, или толикое множество было недужных, что между тем, как каждый из оных к Нему подходил для получения исцеления, прошел день и наступил вечер.

По рассказу Иоанна, Спаситель, увидев народ, спросил у Филиппа, где купить хлебов, чтобы накормить народ. Матфей рассказывает, что сначала ученики говорили Христу, чтобы Он отпустил народ купить себе пищи в ближайших местах. Можно предполагать, с Августином, что только после этих слов Господь сказал Филиппу то, о чем упоминает Иоанн; Матфей же и другие евангелисты это последнее опускают. Поэтому, говорит Августин, по поводу этих вопросов, совсем нет надобности никому волноваться, потому что здесь один евангелист сообщает о том, что опускается другими. Некоторые предполагают, что ученики, по-видимому, для себя запаслись пищею раньше. Но такому предположению противоречит (Мф. 14:17) и парал. Наступил первый еврейский вечер (ofia) около 3 часов вечера; ofia в ст. 23 указывает уже на позднее время, когда наступила ночь. H wra parhlen hdh значит «час», — настоящее время, — уже прошел. Смысл следующий: наступило крайнее время, когда нужно подумать о пище для народа. Другие синоптики высказывают ту же мысль в различных выражениях: wraj pollhj genomenhj (Марк) и h de hmera hrxato klinein (Лука). Апостолы здесь называются maqhtai - учениками. Рассказ синоптиков подтверждается рассказом четвертого евангелиста, хотя дело у него представляется местами несколько иначе сравнительно с другими евангелистами напр. (Ин. 6:8, 9).

Христос намеревается дать им пищу. Но сам не начинает этого, а ожидает, пока обратятся к нему с просьбою, всюду, как я уже говорил, наблюдая правило: не прежде приступать к совершению чудес, как по просьбе. Но почему же никто из народа не подошел и не попросил Его об этом? Они безмерно Его уважали, и желанием быть при нем подавляли в себе чувство голода. Но и ученики Его не подошли и не сказали: накорми их, потому что еще были несовершенны. Но что они говорят? Позде же бывшу, говорит евангелист, приступиша ученицы Его, глаголюще: пусто есть место, и час уже мину; отпусти народы, да шедше купят брашна себе. Если ученики и по совершении этого чуда забыли о нем, и после кошниц думали, что Христос говорит о хлебах, когда Он учение фарисейское назвал квасом, то тем более, не видевши еще на опыте такого чуда, не могли ожидать чего-нибудь подобного (Мф. 16:16). И хотя Христос исцелил сперва многих недужных, однако ученики, и то видя, не ожидали чуда над хлебами. Столько еще были они несовершенны!

Иное толкование

Заметь мудрость Учителя, как прямо Он ведет их к вере. Не сказал вдруг: Я напитаю их; этому они не скоро бы поверили. Иисус же, говорит евангелист, сказал им, что же именно? Не нужно им идти, вы дайте им есть. Не сказал: «Я дам», но - «вы дадите», так как они еще считали Его простым человеком. Даже и после этого не возвысились они в понятиях: напротив, отвечают как простому человеку, говоря: у нас здесь только пять хлебов и две рыбы. Потому и евангелист Марк говорит, что они не разумели сказанного, потому что сердце их было окаменено (Мк. 6:52). Итак, поскольку они еще пресмыкались по земле, то Господь Сам начинает действовать.

Поелику наступил вечер, то Божественные Апостолы, видя толикое множество людей тощих, а место то пусто, и показывая любовь к ближнему и пастырское попечение, приступили к Пастыреначальнику Христу и сказали Ему: понеже место сие есть пусто и стало уже поздно, а народ не найдет здесь никакой пищи, то отпусти его, да идут в ближайшие небольшие грады и купят брашна себе. Приметь, что Матфей написал, что ученики, приступивше к Иисусу Христу, сказали Ему сие: Иоанн же повествует, что Иисус Христос вопросил Филиппа: «чим купим хлебы, да ядят сии?» (Ин. 6:5) Однако не мни, чтобы повествование сих Евангелистов противно между собою было. Ибо Иоанн написал прежде бывшее и от Матфея умолчанное, то есть, что прежде Иисус, «возвед очи и видев много множество народа, глагола к Филиппу: чим купим хлебы, да ядят сии?» Потом пришедши ученики, предложили Ему Матфеем повествуемое. Добре же сие описал Иоанн; ибо из сего уверяемся, что Бог и прежде прошения нашего видит нужду нашу и, яко милосердый Отец, печется о уврачевании оной. Из сего же оживотворяется в сердцах наших к Богу надежда, и утверждается и превозрастает. Но что ответствовал Иисус Христос, когда о сем предложили Ему ученики Его?

     Евангелист Матфей не рассказывает, чем именно Господь так долго занимался с народом, сообщая только, что Он исцелил больных их. Однако евангелист Марк восполняет сей пробел словами "и начал учить их много". Видите, как дивно дополняют друг друга евангелисты! Итак, Господь до позднего вечера учил народ. Это должно было продолжаться много часов. А за такое время вы можете прочитать все Евангелие. Значит, в одном сем случае Господь поведал из Своего Божественного учения столько, сколько составило бы целое Евангелие. Не прав ли в таком случае евангелист Иоанн, говорящий, что если бы записать все, что сотворил и сказал Иисус, то и самому миру не вместить написанных книг?

     Как милосердны ученики! Место здесь пустынное и время уже позднее. Люди взалкали, давно уже пора расходиться. Но дома их далеко, а они весьма голодны. Тут много и женщин, и детей. Нужно, чтобы они как можно скорее достали пищи. Пусть они пойдут в окрестные деревни и селения и купят себе хлеба.

Стих этот у Матфея несколько полнее, чем у других синоптиков. У последних нет слов: «не нужно им идти». «Вы дайте им есть» — эти слова одинаковы (в греч.) у всех трех евангелистов; только у Луки, может быть, правильнее вместо umeij fagein, как у Матфея и Марка, fagein umeij. У Иоанна эти слова пропущены. По Зигабену, «не нужно им» сказано вместо «не должно им».

Перед чудным насыщением пяти тысяч человек, ученики Господни хотели, чтобы народ был отпущен, но Господь сказал им: "не нужно им идти, вы дайте им есть". Заучим это слово, и всякий раз как враг будет внушать нам отказать просящему, будем говорить от лица Господа: "не нужно им идти, вы дайте им есть" - и дадим, что найдется под рукою. Много отбивает враг охоты благотворить, внушая, что просящий может быть не стоит, чтоб ему подано было, а вот же Господь не разбирал достоинства возлежащих: всех одинаково угостил, а, конечно, не все были одинаково Ему преданы; были, может быть, и такие, которые потом кричали: "распни". Таково и общее Божие промышление о нас:

"Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных" (Мф. 5:45)

Если бы Господь помог нам хоть мало-мало быть милосердыми, "как Отец наш небесный милосерд"!

     "Не требуют", вместо: "не должны". Не сказал: "Я напитаю их", потому что это показалось бы надменным, но повелевает ученикам дать им есть, чтобы только после того, как сами они засвидетельствуют недостаток пищи, по необходимости совершить Свое.

     Но Матфей, Марк (Мк. 6:35) и Лука (Лк. 9:12) говорят, что ученики напомнили Христу о том, что нужно отпустить народ для покупки съестных припасов, – а Иоанн (Ин. 6:5-7) говорит:

"возвед убо Иисус очи и видев, яко мног народ грядет к Нему, глагола к Филиппу: чим купим хлебы, да ядят сии;
Сие же глаголаше, искушая его: Сам бо ведяше, что хощет сотворити.
Отвеща Ему Филипп: двема стома пенязей хлебы не довлеют им, да кийждо их мало что приимет."

Так написал Иоанн.

     Вероятно, прежде ученики напомнили Христу, а после Он сказал им: не нужно им идти, вы дайте им есть. Потом Он поднял глаза и увидел другую большую толпу, которая еще шла, и тогда, как человек, искушал, или испытывал Филиппа, верит ли он тому, что Христос Сам может напитать всех. Испытывал же Он именно Филиппа, как более других несовершенного еще, или же чрез него направлял Свою речь и к другим, испытывая и их. Итак, очевидно, что Иоанн опустил то, что сказали другие евангелисты, – а что опустили они, об этом рассказал он.

     Се, какое смирение в словах Богочеловека! Сказав: «не требуют отъити», то есть, да не идут покупать брашна, не рече: "Я дам, и насыщу их", но: «дадите, говорит, вы им ясти», вы написайте их, — что самое и сбылось.

     Ибо Он, как ниже показывает Евангелист, благословением Своим умножил хлебы и рыбы: ученики же Его раздавали оные алчущему народу и оный насытили. Ты же из сего научись, что где недоумение и немощь естества, там действует сила и исполнение благодати, якоже Бог устами Богоглаголивого Павла рече:

«сила бо Моя в немощи совершается» (2Кор. 12:9)

     Посему-то сперва показан был всем недостаток в брашнах, по естественной причине; потом воссияла благодать всесильной десницы: ответ Апостольский всем ясно показал, что не было никакого средства к препитанию в той пустыне толиких тысячей народа.

Следует заметить, что Матфей, Марк и Лука говорят о пяти хлебах и двух рыбах, но не сообщают, что они были ячменные. Только один Иоанн говорит о ячменных хлебах. О мальчике, имевшем эти пять хлебов и две рыбки, читаем также у одного Иоанна. Подобное чудо в (4Цар. 4:42–44); только там двадцать ячменных хлебов и сто людей. См. также (Чис. 9:21, 22).

     Хотел Человеколюбец не токмо видеть, но и Своими руками осязать брашна, которые имели раздаваться алчущим, для того, чтобы ты познал, какое внимание и какая попечительность требуется при подаянии милостыни. Сим поступком глаголет тебе Господь: смотри и касайся пищи, или одеяния, или чего иного, что подаешь бедному; ибо если не будешь видеть и не прикоснешься, но положишься на раба твоего, или на другого кого: тот, если случится быть худых нравов, подаст бедному или мало, или напрасно и бесполезно.

     Но разве Христос не милостивее и не сострадательнее Своих учеников? Разве Он мог не знать, что народ голоден? Конечно, Христос милостивее и сострадательнее Своих учеников, и Он прежде их слов помнил о том, в чем нуждается народ. Еще в самом начале, как пишет евангелист Иоанн, Иисус, возведя очи и увидев, что множество народа идет к Нему, сказал Филиппу: "где нам купить хлебов, чтобы их накормить?" Но тут его обступили люди со своими больными. Господь сначала исцелил всех больных, а затем стал учить народ. И это продолжалось до темноты. И только тогда апостолы вспомнили, что народ голоден и нуждается в пище.

     Таким образом, Господь предвидел это с самого начала, но позднее намеренно не хотел говорить о том, ожидая, чтобы вспомнили сами апостолы. Сие было по двум причинам:
во-первых, чтобы укрепить в них сострадательность и милосердие,
а во-вторых, чтобы сделалось явным их бессилие без Него.

     Ибо Христос сказал апостолам: "не нужно им идти, вы дайте им есть". Он знает, что они этого сделать не могут, но говорит так, дабы они полностью осознали и исповедали свое бессилие. Они же сказали Ему: "у нас здесь только пять хлебов и две рыбы". По свидетельству евангелиста Иоанна, и это имевшееся малое количество пищи было не их, но одного бывшего там мальчика. Здесь есть у одного мальчика пять хлебов ячменных и две рыбки; но что это для такого множества? Сие сообщает Господу Андрей, Первозванный апостол, который, хотя и был со Христом дольше всех, не был еще совершенным в вере, раз спрашивал: но что это для такого множества?

     Хлебы были ячменные, что также не случайно. Из сего мы должны научиться, как говорит премудрый Златоуст, что следует довольствоваться простою пищей, а не выбирать лучшее, ибо, по его словам, «сластолюбие есть мать всех болезней и страстей».

     "Принесите их Мне сюда", – повелел Господь ученикам. Только теперь настал Его черед. Народ не в силах достать себе пищи; апостолы также исповедали свое бессилие помочь народу. Теперь настало Его время, теперь все созрело для чуда.

Для чего Христос воззрел на небо и благословил? Ему надлежало уверить о Себе, что послан от Отца, и что равен Ему. Доказательства же этих истин, по-видимому, противоречили одно другому. Равенство Свое с Отцом Он доказывал тем, что делал все со властью; а потому, что послан от Отца, не поверили бы, если бы не поступал во всем с великим смирением, не стал приписывать всего Отцу, и во всяком деле призывать Его. Вот почему Господь, в подтверждение того и другого, не делает ни того, ни другого исключительно, но творит чудеса иногда со властью, а иногда по молитве. Потом, чтобы в этих действиях Его не представлялось опять противоречия, в делах менее важных взирает на небо, а в важнейших все творит со властью, из чего ты должен заключить, что и в менее важных делах Он поступает так не по нужде в содействии, но воздавая честь Рождшему Его. Так, когда от�